17 Лет
Вот уже 17 лет наш сайт usynovite.ru помогает детям обрести новый дом,
родителей, веру в будущее, а опекунам и приемным родителям — родительское счастье и новых членов семьи.
За время работы сайта количество анкет в банке данных детей-сирот сократилось более чем на 100 000.

усыновите.ру

Профессиональная приемная семья: возможно ли в России?

 

Эксперты сферы сиротства и приемного родительства убеждены: в России давно необходимо создать институт профессиональной приемной семьи. Из международного опыта нужно взять самые удачные подходы и применить их на местной почве. Для реализации этой идеи должен появиться профстандарт «профессиональный родитель», нужны изменения в законодательстве. А ресурсные родители, которые способны и готовы быть профессиональной семьей, есть, и такой подход к устройству детей уже применяется.

Вопрос о создании в России профессиональной приемной семье обсуждается давно, необходимость этого шага назрела. Не каждый приемный родитель может справиться с воспитанием сложных детей, для этого требуется специальная подготовка. Есть и ряд других нюансов, которые приводят нас к выводу о том, что в ряде ситуаций требуется помощь именно профессиональной семьи.

 

Vk - Ольга Баталина

Баталина О.Ю. - Первый заместитель министра труда и социальной защиты Российской Федерации

 

"Сегодня основой для возмездной опеки или приемной семьи является гражданско-правовой договор, который позволяет совмещать воспитание приемных детей с основной работой,— рассказывала депутат Госдумы Ольга Баталина, которая в 2014 году и предложила законопроект о введении статуса «социальный воспитатель» (речь и шла о создании профессиональных семей). — Но в случае, когда в семью приходит два-три ребенка-подростка или дети-инвалиды, родитель уже не может заниматься одновременно и детьми, и работой. Ребенок с 4-й группой здоровья требует постоянного ухода, трудный подросток нуждается в повышенном внимании. Такие родители готовы оставить работу и профессионально заниматься воспитанием детей. Но они некомфортно чувствуют себя, нигде не работая, их также беспокоит, что пенсионные права формируются только в рамках той суммы, которая выплачивается по гражданско-правовому договору, а эта сумма часто не достигает прожиточного минимума трудоспособного населения. Для них важен и пакет соцгарантий, который следует за трудовым договором. Поэтому мы предложили ввести еще одну форму возмездной опеки, в основе которой будет трудовой договор между родителем и учреждением для детей-сирот".  Кстати, президент России Владимир Путин тоже давал поручение разработать требования к профессиональной замещающей семье.

Но возникшие правовые противоречия поставили законопроект на паузу. Тем не менее, эксперты сферы приемного родительства убеждены, что эту идею необходимо реализовать.

Споры о терминологии

В необходимости профессиональной приемной семьи сомнений нет. Сейчас в банке данных о детях-сиротах, нуждающихся в семейном устройстве, большое количество детей с инвалидностью и подростков, а также сиблингов. Это так называемая «трудноустраиваемая» категория. И нужны профессиональные семьи, которые готовы к воспитанию детей с особыми потребностями. «Ребенок с инвалидностью, подросткового возраста, всю жизнь проживший в детдоме, или ребенок, у которого несколько братьев и сестер – непростой вариант для приемного родительства. Родители, решившие взять такого ребенка, должны пройти серьезную подготовку, и это при том, что ребенок из детдома как правило уже психологически травмирован. А это еще более сложные случаи. То есть нужно говорить о том, что профессиональные приемные родители - это мамы и папы с большим опытом. А еще это может быть определенное образование - медицинское или психологическое, с высокий уровень подготовки, и их опыт нужен этим детям», - подчеркивает Юлия Зимова, руководитель проекта «Ванечка», член Общественной палаты РФ.

Facobook - Ю. Зимова

Зимова Ю.К. - руководитель проекта «Ванечка», член Общественной палаты РФ

 

Наталья Городиская, многодетная приемная мама, председатель Совета представителей общественных объединений семей, воспитывающих детей, оставшихся без попечения родителей, при Минобрнауки РФ, председатель Союза приемных родителей, усыновителей, опекунов, попечителей и их объединений, считает, что нужно тщательно разрабатывать регламент внедрения такого института, как профессиональная семья. Даже в терминологии пока есть споры и путаница.

Facebook - Наталья Городиская

Городиская Н.Л. - многодетная приемная мама, председатель Совета представителей общественных объединений семей, воспитывающих детей, оставшихся без попечения родителей, при Минобрнауки РФ, председатель Союза приемных родителей, усыновителей, опекунов, попечителей и их объединений

 

«Я убеждена, что ресурсная семья необходима как временное размещение ребенка вместо учреждения. Но мне не очень нравится аналогия с фостером – в фостерной семье как раз приняты многократные перемещения. Например, в Финляндии ребенок может пройти до 30 перемещений - такого быть не должно. Некоторые родители также против того, чтобы временное размещение называлось семьей – в частности, так считают мои коллеги из Союза приемных родителей, усыновителей, опекунов и попечителей и их объединений, а это все же 50 регионов – предлагают термин «ресурсная семья», - замечает Наталья Городиская.

Facebook - Галина Семья

Семья Г.В. - доктор психологических наук, профессор МГППУ, член Координационного совета при Правительстве РФ по реализации Десятилетия детства. Этому и решили обучить самых опытных приемных родителей

 

«Что такое «профессиональная» семья? Мы понимаем это слово двояко. Один вариант – когда человек что-то делает профессионально, качественно. Другой вариант – профессионально с точки зрения законодательства, то есть речь идет о профессии, - рассуждает Галина Семья, доктор психологических наук, профессор МГППУ, член Координационного совета при Правительстве РФ по реализации Десятилетия детства. Этому и решили обучить самых опытных приемных родителей. -  Сейчас в обыденном понимании под профессиональной семьей понимаются родители, которые давно в приемном родительстве и знают, что и как нужно делать, владеют знаниями, технологиями, и обычно они воспитали уже многих детей. Тем не менее, нам нужно закреплять этот термин в законодательстве, должна появиться профессия и профстандарт. Далее с профессиональным родителем должен заключаться трудовой договор. Сейчас приемные родители получают выплаты по гражданско-правовым договорам, но профессиональную семью нужно оформлять иначе, кроме того, нужен соцпакет, что присуще трудовой деятельности - наличие отпуска, больничного».

Vk - Наталия Мишанина

Мишанина Н.В. - семейный и детский психолог, специалист по детско-родительским отношениям, автор и ведущая тренинговых программ для детей, взрослых и специалистов, ведущая Школ приемных родителей, эксперт в области психологии сиротства и семейного устройства

 

Наталия Мишанина, семейный и детский психолог, специалист по детско-родительским отношениям, автор и ведущая тренинговых программ для детей, взрослых и специалистов, ведущая Школ приемных родителей, эксперт в области психологии сиротства и семейного устройства, убеждена, что приемное родительство становится его реальным, твердым, понятным выбором. И профессиональная семья – это осознанность. Такая семья может стать выходом, когда ситуация экстренная. «Это способ вывода ребенка из кризиса – да, на время, потому что задача такой семьи быть фактически временным убежищем, спасением, местом, где ребенок может перевести дух, где о нем максимально позаботятся – до того момента, как он вернется в кровную семью или же найдутся постоянные приемные родители», - замечает эксперт.

Instagram - diana.mashkova

Машкова Д.В. - многодетная приемная мама, писатель, основатель АНО "Азбука семьи"

 

А вот Диана Машкова, многодетная приемная мама, писатель, основатель АНО "Азбука семьи", отмечает, что изначально в России приемная семья и задумывалась как профессиональная семья: «Есть усыновление, которое приравнивает детско-родительские отношения к кровному родству. Есть опека, которая позволяет разместить ребенка в семье с учетом его связей, ближнего круга родственников. Но была введена еще форма приемной семьи и сегодня многие специалисты считают, что она и должна была стать профессиональной семьей в России». Но технологию не проработали, не было введено критериев, кто может быть профессиональным приемным родителем, какими требованиями руководствуются органы опеки, принимая решение, может эта семья стать профессиональной или нет, какая форма отбора, многоступенчатой  подготовки и сопровождения, какой договор заключается.  В итоге приемная семья появилась, а свою главную функцию, миссию она выполнять не смогла. «Получилось, что в ряде случаев приемная семья стала альтернативой усыновления – потому что усыновителям государство не помогает, а помощь можно получить только будучи приемным родителем. В приемной семье ребенок не теряет свои преференции и льготы. А родители получают поддержку, финансовую в том числе. Но профессиональный функционал приемной семьи зачастую оставался непонятен, - поясняет Диана Машкова. - Приемная семья не стала заменой институциональному размещению детей как должно было произойти».

В итоге путь сироты до сих пор выстроен по старинке: больница – приют – детский дом.  А это дополнительные травмы. И лучшей заменой была бы профессиональная семья, минуя учреждения. «Сегодня предполагается, что нужно создать еще одну форму семьи, но логичнее было бы доработать форму приемной семьи, - считает Диана Машкова. - Возможно, уже в отношении будущих приемных родителей или для начала в отношении максимально положительно зарекомендовавших себя приемных родителей, которые сами изъявляют желание стать профессиональными, - прописать все требования, правовые, и трудовые основы, усилить поддержку. Указывать, что семья готова брать ребенка на время кризиса или принимать трудные категории детей. Большинство семей, которые уже приняли детей, не трогать, а продолжать оказывать им поддержку в прежнем объеме. Нельзя делать сейчас резких движений - задача не разломать то, что есть, а создать качественные ресурсы в интересах детей. Но постепенно приемные родители должны становиться профессионалами. А когда приемные родители хотят принять «здорового ребеночка до 5 лет без связей с кровной семьей» - это непрофессионально, да и нет таких детей сегодня практически в детских домах. А если они там оказываются, это может быть только усыновление!».

Родитель или сотрудник? Законодательная коллизия

Сложности с законопроектом были в вопросах трудового регулирования: как оплачивать работу профессионального родителя, если функция родителя круглосуточная? И что такое отпуск родителя? И так далее. Галина Семья убеждена, что статус профессиональной семьи нужно четко прописать в законе: «Законопроект Ольги Баталиной был тщательно проработан в сотрудничестве с экспертами. Но он встал на паузу. В частности, Минтруд заявил, что не видит здесь предмета договора. Предполагалось, что такие семьи будут создаваться для тех, кто готов принимать «сложные» категории детей, включая временное размещение ребенка при отобрании. Регион должен был сам определять, для каких детей будут создаваться такие профессиональные семьи. Возникли сложности с правовой основой такой работы: кто будет заключать договор с таким родителем-воспитателем, как это оформлять и так далее. То есть мы все равно приходим к тому, что нужен профстандарт такого профессионального родителя. И такой родитель должен проходить обучение, отличное от существующего, а потом регулярно переподготовку».

В этом случае профессиональные родители получат правовую защиту. Ведь часто приемные родители часто говорят: мы никто, нас считают домохозяйками. С договором родитель будет ощущать себя иначе. К тому же не каждый ведь готов взять детей в семью и из-за этого бросить трудовую деятельность, а со сложным ребенком нужно быть постоянно дома, быть рядом с ним, чтобы он был все время в поле твоего зрения.  Встает выбор: или основная работа, или ребенок – а значит, но тогда нужны средства к существованию семьи.

Бернова Юлия Евгеньевна - sos-dd.ru

Бернова Ю.Е. - Директор по развитию программ Российского Комитета "Детские деревни - SOS"

 

Юлия Бернова, Директор по развитию программ Российского Комитета "Детские деревни - SOS", замечает, что законопроект забуксовал, в том числе, из-за того, что было непонятно, как отделить трудовую функцию родителя от того, что это семья и дети живут с родителями 24 часа в сутки. Но сам посыл был правильный, профессиональная семья поможет устраивать сложных детей – это подростки, инвалиды, сиблинги. Закон мог бы поддержать профессиональных родителей через трудовые контракты и пакет соцгарантий. «Если мы хотим деинституционализировать опеку над детьми-сиротами, без профессиональной семьи не обойтись. Ведь в детском доме или доме ребенка малыши даже за несколько месяцев отстают в развитии, получают глубокую психологическую травму, нахождение в учреждении, даже временное, может привести к необратимым последствиям для ребенка», - напоминает Юлия Бернова.

«Все еще идет много споров о том, что это такое - патронатный воспитатель на зарплате или это частное лицо, приемный родитель, получающий вознаграждение, и от кого. Есть противоречия в трактовках и подходе. По трудовому кодексу невозможна работа 24 на 7, а если это не работа, то как спрашивать с человека и накладывать на него обязательства? Но все же уже есть ряд предложений, в том числе, с точки зрения правового оформления такой семьи», - говорит Светлана Строганова, многодетная приемная мама, общественный деятель.

Instagram - stroganovosti

Строганова С. - многодетная приемная мама, общественный деятель

Важно закрепить, что профессиональная приемная семья должна быть постоянным местом проживания и жизнеустройства ребенка, если мы говорим о трудных категориях детей – о подростках, или сиблингах, или детей с инвалидностью, считает Диана Машкова: нужно готовить специально семьи под устройство таких детей, которые были бы "заточены" под их принятие и воспитание, которые бы вели их до совершеннолетия и поддерживали контакт дальше.  «Такая семья – не просто приемная, она реабилитирующая, она должна быть знакома с особенностями сложных детей, это специалисты, которые должны помочь ребенку вырасти здоровым, уверенным в себе. Но это должны быть постоянные отношения», - говорит эксперт. А если мы говорим о профессиональной временной семье – которая является альтернативой временному кризисному устройству ребенка в учреждение - то и такого родителя нужно специально готовить. «Далеко не каждая мама готова быть «временной», работать над восстановлением кровной семьи ребенка и потом расстаться с ним, может быть, даже поддерживая позже определенный контакт. Для психики родителей, особенно для женской психики, в России это непросто, таких героинь единицы. Поэтому нужно готовить родителей-специалистов», - замечает Диана Машкова. И такие семьи, к счастью, у нас уже есть. Правда, пока это единицы.

Зарубежный опыт – все ли правильно?

Не все зарубежные практики нам стоит внедрять, убеждены опытные приемные родители и эксперты. В отличие от западных подходов, в России в понятие профессиональной семьи вкладывается несколько иной смысл.  

«В частности, в Европе действительно бывает много перемещений из одной фостерной семьи в другую семью, и это травматично для ребенка. Надо просто учесть все ошибки, которые допускаются на Западе при переводе ребенка и не делать их. Нам важно обеспечить момент кризисного размещения детей в семью, когда ребенок потерял родителей и его нужно немедленно куда-то разместить, - считает Светлана Строганова. - Важно, чтобы он сразу попадал в семейное окружение, и уже потом решать вопрос с возвратом к кровным родным или с переходом в постоянную приемную семью». Кроме того, такая профессиональная семья – важная поддержка для кровных родителей, которым срочно нужна помощь. Допустим, мама заболела, а она одинокий родитель - и она срочно помещает ребенка в такую кризисную семью на время, пока не вылечится. Или, допустим, пока семья не выйдет из тяжелой кризисной ситуации – кризисная семья может взять ребенка, на полгода, например.

«Фостерная семья в чистом виде у нас в России вряд ли возможна – мы вкладываем в этот термин другое понимание, учитывая наш менталитет и другие особенности. Есть исследования, которые говорят о том, что фостерные семьи негативно влияют на психику ребенка, особенно когда происходят постоянные отказы и кочевания ребенка из семьи в семью», - отмечает Юлия Зимова.

Диана Машкова соглашается с тем, что формат фостерной семьи для российского менталитета невозможен, именно из-за основного минуса – постоянных перемещений ребенка: «Урон для психики будет тогда не меньший, чем когда ребенок помещается в учреждение, и там тоже есть череда детских домов и смены воспитателей. Мы сегодня уже знаем много негативных историй таких подходов, и повторять чужие ошибки не стоит».

Галина Семья приводит в пример законодательный опыт Европы, который мы можем использовать. Например, в Финляндии, Франции профессиональные родители проходят долгое тщательное обучение, получают лицензию, работают по договору. В Белоруссии, например, профессиональная семья подпадала под педагогическую деятельность. Но в итоге родители стали требовать оплату за работу в выходные, в праздники. «Такой родитель, по идее, опекает ребенка круглосуточно – тогда, чтобы снять противоречие с оплатой в ночное время и другие периоды, нужно первоначально оформить опеку или попечительство над ребенком, а потом уже с опекуном заключить трудовой договор. Тогда он днем 8 часов в день – социальный воспитатель, в остальное время- опекун», - поясняет Галина Семья.

Кстати, по опыту других стран, считает Галина Семья, мы придем и к тому, что в одну приемную семью нельзя передавать больше 3 детей (исключение - сиблинги): «Это большая нагрузка, просто физически невозможно дать всем одинаковое количество внимания и заботы, особенно если речь идет о сложных ребятишках. Если семья хочет принять больше «сложных» детей, родителям надо становиться профессиональными воспитателями». И такая семья должна находиться в режиме ожидания ребенка круглосуточно. Они получают зарплату, соцподдержку и могут воспитывать и большее количество детей. Кстати, за рубежом, в той же Финляндии или Франции, в семью тоже не дают больше трех детей, рассказывает эксперт: это определенная защита для родителя, который стал «социальным воспитателем», а объем подготовки во Франции около 300 часов, которые родитель проходит уже с принятым в семью ребенком.

Профессиональная семья, исходя даже из опыта разных стран в этом вопросе, может выполнять разные функции, замечает Юлия Бернова: или это семья на трудовом договоре, которая берет к себе детей сложных категорий, или это семья для временного размещения ребенка в кризисной ситуации. «Например, в Белоруссии все приемные семьи по сути профессиональные, с одним из родителей заключается трудовой договор. При этом оба родителя подписывают нефинансовый договор о содержании и воспитании детей, - рассказывает Юлия Бернова. - В Литве пошли по другому пути – здесь развивают сеть семей, которые будут готовы брать детей, как только поступает сигнал о том, что появился ребенок и ему нужно размещение. Специальные общественные организации координируют процесс: они рекрутируют, обучают эти семьи, потом государство лицензирует эти семьи. Родители обучаются по программе PRIDE, далее с семьей подписывается договор на содержание ребенка. С каждой такой семьей работает куратор. Даже если в настоящий момент в семье нет детей, родители получают базовую зарплату, потому что они находятся в ожидании – в любой момент к ним может поступить ребенок». В такой семье дети могут находиться от 3 до 6 месяцев, параллельно обязательно ведется работа с кровной семьей ребенка, если есть возможность возвращения ребенка в семью. Если такой возможности нет, за это время подбираются усыновители или постоянная приемная семья для ребенка.

В 2017 году в Литве был подписан указ о том, что дети до 3 лет не должны размещаться в интернатные учреждения. И параллельно там запустили два процесса. Первое – профилактика, работа с кровными семьями, чтобы снизить попадание детей в альтернативную опеку, развитие сети доступных услуг для всех семей, и второе – появление замещающих семей для временного размещения детей, поясняет эксперт. Важно, что дети не вырываются из привычных социальных связей. Первое, на что смотрят, когда размещают ребенка, есть ли семьи из ближайшего окружения ребенка (родственники, соседи, родители друзей ребенка), с которыми у ребенка есть эмоциональная связь и которые готовы будут позаботиться о ребенке на время решения проблем в кровной семье.

Технологии: как должен работать институт профессиональной семьи

Профессиональная семья по сути должна стать основным звеном общего механизма. Нужна постоянная комплексная работа, чтобы затем ребенок благополучно вернулся в кровную семью, или же попал под постоянную опеку или усыновление. «Должны работать специалисты, постоянно мониторя ситуацию и курируя работу кризисной семьи, одновременно постоянно держать связь с приемными семьями, которые готовы будут взять ребенка из кризисной семьи на постоянное размещение.  При этом родители в кризисной семье должны быть специально подготовлены: одной ШПР не хватит, нужно специальное обучение, подготовка», - отмечает Светлана Строганова.

«Приемные профессиональные родители по сути должны становиться специалистами и быть в коллаборации с психологами, с сотрудниками опеки, с социальными работниками. Например, он должен участвовать в консилиумах относительно маршрута развития его ребенка на равных с другими профессионалами и так далее», - считает Диана Машкова.

Наталья Городиская замечает, что пока у нас вообще нет понимания, какие дети должны поступать в такую семью – должны ли это быть какие-то категории детей для каждой семьи или профессиональная семья может принимать любого ребенка на любое время. Или, например, вопрос, сколько детей должно быть в такой семье в целом и сколько профессиональная семья может взять детей временно. И главное - как они себя будут чувствовать, зная, что их берут лишь на несколько месяцев, а другие дети живут в этой семье постоянно. «Важен также и обратный момент – родители в профессиональной семье должны понимать, что присваивать этого ребенка они не должны. Наконец, должен ли у такой семьи быть опыт приемного родительства или нет. Я считаю, что он обязательно нужен, и работать с травмированными детьми может только тот, кто этот опыт пережил, - говорит Наталья Городиская. - А также нужно определить, кто будет сопровождать эту семью, как при этом и кто будет решать вопросы с кризисом в кровной семье, например, трудоустраивать кровных родителей или лечить их от алкоголизма. И куда пристраивать ребенка, если кровных родителей все же лишат родительских прав. Наконец, нужен еще и бюджет на поддержку профессиональных семей».

Профессиональная семья должна стать отдельной категорией, их нужно выделить из опытных приемных семей. «Стоит сказать, что не каждый родитель к этому готов и склонен, - подчеркивает Наталья Городиская. - Например, я никогда не смогу это делать: моя семейная система уже устоялась, а каждый новый член семьи ее меняет, и каждому ребенку нужно отдаваться полностью, иначе он переживает, ощущая некую отстраненность. При этом профессиональные приемные родители должны еще и уметь объяснить этому ребенку, что он не виноват в сложившейся ситуации. И уметь не привязываться к нему, а готовить или к возврату в кровную семью, или к переходу в приемную семью. На это должен быть моральный ресурс».

Можно выделить пилотно по несколько ресурсных семей в регионах, обучить их, и начинать размещать к ним детей в экстренных ситуациях. Фонды и НКО поддержат эту работу, у них есть ресурсы: эти организации уже сопровождают приемные семьи, могут привлечь разных специалистов, у них есть финансирование и гранты. «То есть нужно использовать разные пути и способы, чтобы развивать этот институт, - отмечает Наталья Городиская. - Но в любом случае нужно разрабатывать закон о профессиональной семье. Кстати, у нас на законодательном уровне не закреплен и путь передачи приемного ребенка назад в кровную семью. Обычно появляется кровный родитель (допустим, который освободился из мест заключения) – и ты должен вернуть опекаемого ребенка. Это тоже негативный механизм: нужно проводить социально-психологические обследования всех сторон, и такой перевод должен проходить без травм, как для ребенка, так и для взрослых».

Юлия Бернова отмечает ряд негативных факторов, которые влияют на развитие института приемной семьи, и с этим тоже надо работать: «Иногда самих кровных родных останавливает, как оказывается, тот факт, что им нужно отдать ребенка в семью, им проще передать его в учреждение. Причина проста: родители боятся, что потом они не смогут забрать ребенка назад из семьи. Также нет выстроенной системы поддержки профессиональной семьи. Да, есть отдельные точечные примеры, как это работает, но нет общего механизма, а еще проблема с нехваткой в регионах специалистов, которые должны сопровождать весь процесс. То есть, если подытожить, нужна комплексная работа с кровной семьей, индивидуализированная профессиональная поддержка по технологии работы со случаем , нужна поддержка профессиональных семей, а также должны быть доступные сервисы, кроме того, должна действовать широкая система разных форм семейного устройства – , и усыновление, и приемная семья, и профессиональная замещающая семья и так далее». А спектр услуг профессиональной семьи может расширяться:  такая семья может принимать малышей, или детей-инвалидов, или подростков, или большие «паровозики» братьев и сестер – нужно смотреть, под какой вариант может подходить та или иная профессиональная семья.

Ничего личного, только бизнес?

Есть споры и о том, а есть любовь в кризисной семье, или это только рабочая задача, выполняемая за деньги. В этом случае важно понимать, что именно мы понимаем под семьей кризисного размещения. «Я бы на первое место ставила безопасность и заботу – то, что может обеспечить семья. Ведь когда мы приезжаем к дальним родственникам, мы не ждем любви, но мы хотим ощущать заботу и иметь приятные взаимоотношения. Да, ребенок в кризисной семье временно, но при правильной подготовке семьи и работе со специалистами эта ситуация не представляет проблемы», - считает Светлана Строганова.

Юлия Бернова подтверждает, что есть опасения за чувства ребенка, который понимает, что в семье он временно. Но с эмоциональной и психологической точки зрения это решаемая задача: «Представьте, что к вам в гости приехал ребенок. Вы же понимаете, что он уедет обратно, но это не мешает вам заботиться о нем, хорошо относиться, дружить. И самое главное – надо просто помнить совет психологов: важно провести даже 15 минут так, чтобы мы это запомнили и нам было хорошо. То есть важно не только количество проведенного вместе времени, но и его качество. А профессионалы помогут правильно выстроить эту реабилитационную работу с ребенком». Например, в одну из семей Детской деревни SOS периодически приезжает девочка, когда ее папа ложится в больницу, и у нее нет страха, она понимает, что приезжает в гости, и что ее встречают здесь с радостью и теплотой, рассказывает Юлия Бернова. Бывает, когда детей изымают экстренно, и здесь нужна особая подготовка принимающей семьи и интенсивная помощь специалистов. 

Важно отметить, что задача родителя в любом случае помочь ребенку сформировать навык привязанности. Ребенок не должен ощущать себя отвергнутым, и конечно, в любой семье, и в профессиональной тоже, не должно быть сухого, равнодушного, нейтрального отношения в варианте «просто уход», взрослые все равно вкладывают и свои чувства в этого ребенка, считает Наталия Мишанина: «Но, чтобы облегчить понимание ситуации для ребенка, стоит ему объяснить: «Ты у нас в гостях. Но это не значит, что мы тебя любим меньше, чем других детей, ты нам точно так же дорог и ты любим!». Никто не запретит профессиональному родителю относиться к ребенку с любовью. Высший пилотаж профессионального родителя – «Я помогаю ребенку, но я не сдерживаю своих чувств. Даю ему свой ресурс, время, забочусь о нем, у нас есть душевные чувства, есть ритуалы, семейные традиции». Ресурсная семья – это не люди-роботы, это такая же семейная конструкция».  Как рассказывает психолог, есть семьи, где дети вообще не чувствуют себя приемными: в семье царит атмосфера максимального принятия. Любят любого, девиантного, с инвалидностью и так далее, родитель открыт к этому. И ребенку не хочется уходить из такой семьи. А вот для того, чтобы последующий переход ребенка из профессиональной семьи назад в свою семью или в новую приемную семью был бескровным для всех, существует целая технология передачи ребенка из семьи в семью. «Важно также учесть, что ребенок с 10 лет имеет право на свое мнение – поэтому ищутся способы сохранения такой ситуации, когда он не теряет свою кровную семью и при этом сохраняет отношения со ставшей ему дорогой приемной семьей. Не стоит задача обрубать каналы связи, тем более в наше время обеспечить общение ребенка с близкими людьми несложно. Но все зависит от взрослого, как он это выстроит. Плюс - вопрос медиации. Специалист должен сопровождать профессиональную семью от момента появления в ней ребенка и до момента передачи его в другую семью», - напоминает эксперт.

«Любовь – необходимый ингредиент в семье. Но когда мы любим неэгоистичной любовью, которая направлена на восстановление ребенка, на то, чтобы он состоялся в этой жизни, нашел свое место в этом мире, есть огромный спектр возможностей, как помогать. А просто ухаживать вряд ли получится, ведь первое, что нужно ребенку – это положительная эмоциональная связь со своим значимым взрослым, - убеждена Диана Машкова. - Другое дело, что такую связь можно устанавливать по-разному». Да, профессиональная мама не должна занимать место кровной мамы ребенка. Но она все равно может испытывать к ребенку теплые чувства. «Я для того, чтобы помогать ему, мы вместе проходим сложный путь – и это все равно любовь, просто другая. Мы же умеем любить наших племянников или детей наших друзей, то есть не только тех детей, которых родили сами. Самое главное – теплый доверительный контакт, - считает эксперт. - И помнить, говоря языком «техническим», что клиент у нас – ребенок, а семья – это инструмент, который дает ему тепло, заботу, любовь, воспитание, удовлетворение жизненных потребностей».

Галина Семья считает, что вряд ли что-то может измениться по отношению к ребенку, если у семьи будет договор и официальное оформление этой деятельности. Зато будет, с одной стороны, ее защита и статус, поддержка и помощь, а с другой - контроль и возможность проверки такой семьи, ответственность родителей.

Практика

В Московской области уже есть такое понятие, как ресурсная семья. Это семьи, в которые можно устроить ребенка срочно, на какое-то время, возможно, с последующим продолжением на более длительный срок. «Самое главное – что такая ресурсная семья всегда в готовности, у них есть актуальное заключение, а также необходимые финансовые и материальные ресурсы, место для ребенка – комната, стол, кровать и так далее», - замечает Юлия Зимова.

Как отмечает эксперт, необходимость наличия таких ресурсных семей диктует практика: «Не раз были случаи, кстати, даже в период пандемии, когда родителей, например, экстренно увезли в больницу, а родственники брать ребенка к себе отказывались. Куда ему идти? Или бывает, что в семье случается какая-то экстренная сложная ситуация, и нужно ребенку где-то временно жить. Конечно, лучше, чтобы это была семья, а не приют. Стоит также заметить, что в России пока не существует реестра родственников, которым можно передать ребенка в случае какой-то трагедии или изъятия, хотя мы предлагали это внедрить. Поэтому в этой ситуации помощь сможет оказать вот такая профессиональная семья».  Это семья, которая не будет выбирать, а готова принять любого ребенка и учитывать его потребности. А попадание в учреждение для ребенка - намного большая травма, чем когда он из родной семьи попадает в другую семью.

Нахождение в профессиональной семье - менее травмирующий вариант для ребенка. Главное, конечно, чтобы это не было чередой сменяющихся семей, как это бывает в некоторых странах, убеждена Юлия Бернова, это должна быть одна семья - до момента, когда разрешится кризис в родной семье или, если уже ясно, что он не вернется туда, до подбора постоянной приемной семьи. Профессиональная семья предполагает более серьезный уровень подготовки замещающих родителей и работу с командной поддерживающих специалистов.

«У нас на сопровождении в программе профилактики социального сиротства была мама с дочкой 2,5 лет. У мамы были проблемы с зависимостями, потом выяснилось, что у нее есть психиатрическое заболевание, которое требует госпитализации. На это время девочку забрала одна из приемных мам Детской деревни, - рассказывает Юлия Бернова. - Позже кровная мама вышла из больницы и забрала девочку, к сожалению, отказавшись от дальнейшего сотрудничества в рамках программы по укреплению семьи. Тут мы уже ничего не могли сделать. А через полгода до нас дошла информация от коллег из органов опеки, что наша девочка находится в интернате для детей-сирот, потому что мама не справилась со своей жизненной ситуацией, и идет процесс по лишению её родительских прав. Когда мы пришли за девочкой, мы ее едва узнали. За 6 месяцев пребывания в учреждении произошел огромный откат в развитии. На то, чтобы восстановить ребенка хотя бы до того уровня, в котором она попала в детское учреждение, у нас с командой и приемной мамой ушло два года». Профессиональная семья - это возможность для ребенка не попасть в учреждение, избежать эмоциональной депривации и травмы.  Нужны также специалисты, которые работают с этими профессиональными семьями.

В Детских деревнях SOS как раз действуют профессиональные семьи – здесь пошли по такому пути с середины 1990-х с самого начала работы Детских деревень в России, считая приемное родительство профессией, а SOS-мамы были сотрудниками Деревень. «В английском языке есть формулировка family like care- то есть опека в специально созданной семье. При этом все равно SOS мама живет с детьми 24 часа в сутки 7 дней в неделю, семья не отличается от обычной родной семьи или приемной семьи, и дети даже не задумывались, сотрудник это или мама. Родители точно так же вкладывается в этих детей, а выпуская во взрослую жизнь, поддерживают с ними связь, считают их детей уже своими внуками», - говорит Юлия Бернова. Вместе с замещающими родителями работает психолого-педагогическая команда. Так как семьи многодетные, у семей есть семейные помощницы, которые могут отвести детей в детский сад или школу, заменить маму на время болезни.

Профессиональная семья поможет решить вопрос деинституциализации

Уже понятно, что все меры поддержки, которые были приняты за последние несколько лет для приемных семей и усыновителей, дали свои плоды, у нас было рекордное сокращение банка данных детей-сирот – в 2 раза за несколько лет, такого мы не видели нигде в мировой практике, считает Юлия Зимова. Сейчас большинство детей в банке данных можно отнести к категории «трудноустраиваемых», а это еще предполагает и постоянную работу с семьей, в которую попадает такой ребенок. «И мы уже видим родителей, которые бы могли быть профессиональной семьей, которые ребенка понимают, принимают, вкладывают усилия в его развитие, здоровье, и даже находят кровных родителей и в том числе потом передают ребенка кровным семьям. Это совсем иной характер, это очень глубоко ресурсные родители. Есть даже случаи, когда приемная семья помогает кровной семье встать на ноги. Это настоящая профессиональная семья – и это направление, которое нужно развивать», - убеждена Юлия Зимова.

В прежние годы, после появления закона «Димы Яковлева» о запрете иностранного усыновления, напоминает Галина Семья, упростили систему устройства детей в семьи, и раздали из детских домов очень много детей. А сейчас развитие института приемной семьи тормозится, пошли возвраты тех детей, которых когда-то отдавали малышами – как раз из-за излишне легкого, бездумного отношения к приемному устройству. «В итоге в некоторых регионах снижается рост числа вновь созданных приемных семей и числа устроенных детей. Причем остались в детских учреждениях самые «сложные» категории детей. Мы должны были просчитать наступление такой ситуации, когда существующие ресурсы будут во многом исчерпаны. А ведь профессиональная семья и могла бы взять таких детей. Кстати, замечу интерес факт: детские дома просили о поддержке в период пандемии, и многие воспитатели и другие сотрудники учреждения брали детей в свои семьи – брали тех, с кем уже сложились хорошие отношения, сложилось доверие. И детей с инвалидностью брали в том числе. Эти люди и есть те, кто потенциально может быть профессиональным родителем. Но они говорят: «Я бы брала к себе детей, но не могу бросить профессию, как тогда жить?». И мы возвращаемся к тому, что профессиональная семья должна быть на основе трудового договора», - говорит Галина Семья.

Сейчас общество и власть уделяют не меньше внимания проблеме детей, оставшихся без семьи и живущих в детских домах, и важности устройства их в семью. Президент РФ инициировал в 2018 году старт «Десятилетия детства», в которой предусмотрены меры дальнейшего развития семейного устройства. «Я думаю, надо именно в этом направлении активно поднимать эти вопросы и решать их. Пока тот законопроект забыт, но его нужно актуализировать, обсудить в профессиональном сообществе   и снова вносить на рассмотрение, - убеждена Галина Семья. - Необходимо добиваться принятия статуса профессиональной семьи. Нужен двигатель этой непростой работы».

 

Марина Лепина

Спонсор статьи - ООО «Газпром трансгаз Москва»

 

Новости Минпросвещения РФ

08.02.2019 г. Минпросвещения внесёт законопроект об изменении процедуры усыновления несовершеннолетних в Правительство.

8 февраля в Общественной палате Российской Федерации прошли слушания по законопроекту «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты прав детей». В мероприятии приняла участие заместитель Министра просвещения Российской Федерации Т. Ю. Синюгина.

В ходе своего выступления Т. Ю. Синюгина сообщила, что ведомство готово внести законопроект об изменении процедуры усыновления несовершеннолетних в Правительство. 

– В течение полугода мы неоднократно с вами встречались. И поводом для наших встреч были заинтересованный и неравнодушный разговор и работа над законопроектом, который сегодня уже готов к тому, чтобы мы внесли его в Правительство, – сказала Т. Ю. Синюгина.

Справочно

В декабре 2018 года членами Межведомственной рабочей группы при Минпросвещения России подготовлен законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты прав детей». Законопроект был размещен на федеральном портале проектов нормативных актов для широкого общественного обсуждения.  

В законопроекте содержатся новые подходы к передаче детей-сирот на воспитание в семьи, которые позволят развивать институт опеки, совершенствовать условия для подготовки лиц, желающих взять в свою семью ребенка-сироту.

Впервые законопроектом предлагается ввести в федеральное законодательство понятие «сопровождение». Планируется, что этим полномочием  будут наделены уполномоченные региональные органы власти и организации, в том числе НКО.

Отдельное внимание в документе уделено именно процедуре усыновления, туда добавлено положение о порядке восстановления усыновителей в обязанностях родителей, если раньше их лишили такой возможности.

Новости

Все новостиПодписаться на новости

28 Июня 2022

По инициативе Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка Марии Львовой-Беловой 28-29 июня в Санкт-Петербурге состоится Первый межрегиональный форум «Подростки 360». Мероприятие пройдет на площадках Санкт-Петербургского государственного университета, организовано Центром развития социальных проектов при поддержке Министерства просвещения Российской Федерации.

14 Июня 2022

В этот четверг (16 июня) в 10:00 (мск) смотрите очередной вебинар в рамках Университета приемных семей "Усыновите.ру"

09 Июня 2022

Саша — бывший воспитанник детского дома, чьи дневники уже появлялись на «Меле». Он рассказывал, чему учит жизнь в «баторе» («интернат» на сленге), как он привыкал к Москве и почему любит животных. Вместе с фондом «Измени одну жизнь» мы продолжаем рассказывать Сашину историю: на этот раз серия о любви и отношениях в интернате.

31 Мая 2022

По данным Рособрнадзора, на участие в ЕГЭ в этом году зарегистрировалось 649 тысяч выпускников. Самым массовым остается ЕГЭ по русскому языку, второе место занимает математика. Сколько среди выпускников – детей из приемных семей и выпускников детдомов, статистика нам не ответит, но эксперты утверждают, что этим ребятам, несмотря на привилегии в поступлении, учеба дается непросто. Как мотивировать такого подростка на учебу? Какую профессию выбрать, если ты восьмиклассник-троечник? На эти вопросы "РГ" ответили авторы и участники социально-образовательного проекта "ВыборПрофи".